Мониторинги

Постсоветская Евразия: взгляд с Запада (23.10. – 4.11.2017)

Постсоветская Евразия: взгляд с Запада (23.10. – 4.11.2017)

Всеволод Шимов, к.п.н., доцент кафедры политологии Белорусского государственного университета

В рассматриваемый период в западной аналитике по постсоветскому пространству вновь стала преобладать военная тематика. Эксперты продолжают подводить итоги прошедших в сентябре учений «Запад-2017», появился ряд материалов, посвященных «Восточному партнерству», а также конкуренции России и НАТО на постсоветском пространстве. Большинство этих публикаций так или иначе привязаны к тематике украинского кризиса.

«Запад-2017»
Эксперты продолжают анализировать итоги учений «Запад-2017».
Этой теме посвящен материал Майкла Кофмана «Запад-2017: за рамками ажиотажа, важные уроки для США и НАТО». Автор констатирует, что вопреки всем алармистским прогнозам, учения не имели каких-либо негативных последствий для стран Балтии или Беларуси, а сами их масштабы (назывались цифры до 100 тыс. участников) оказались намного завышенными.
М. Кофман признает, что это было вполне предсказуемо, поскольку все эти прогнозы и оценки не базировались на какой-либо достоверной информации.
Тем не менее, анализируя сценарий и ход учений, автор приходит к выводу, что на них отрабатывалось возможное противостояние со странами НАТО, а сами тренировки стали красноречивым сигналом для США и Альянса, призванным продемонстрировать возросшие военные возможности России и эффективность реформ, осуществляющихся в военной сфере. Характеризуя реакцию Запада на российско-белорусские учения, М. Кофман определяет ее как «противоречивое сочетание разумной бдительности и плохо информированного алармизма», а также констатирует, что «Североатлантический альянс так и не перешел от осознания возросшей российской угрозы к работе по ее сдерживанию».
Прошедшим учениям также посвящен материал Анны Булах «Запад-2017 и скрытые сигналы для украинской безопасности». Как ясно из заголовка, статья посвящена «украинскому измерению» учений. В тексте автор воспроизводит традиционные страхи, связанные с возможностью использования российскими войсками территории Беларуси и ее военной инфраструктуры против Украины. По мнению А. Булах, «Запад-2017 актуализирует главную стратегическую обеспокоенность Киева в связи с угрозой окружения «русским кольцом», состоящим из территорий, в военном отношении подчиненных Кремлю». К этому «кольцу» А. Булах относит «оккупированные» Крым и Донбасс, Приднестровье, а также Беларусь.
Автор признает, что «Запад-2017» не оправдал худших ожиданий, распространявшихся средствами массовой информации, однако продемонстрировал высокую степень военно-стратегической интеграции России и Беларуси.
С точки зрения национальной безопасности Украины это внушает серьезные опасения.

Перспективы «Восточного партнерства»
Большой доклад Эндрю Уилсона «Партнеры на всю жизнь: безответный «восточный вопрос» Европы» опубликован на сайте Европейского совета по международным отношениям. Накануне пятого саммита «Восточного партнерства» автор анализирует состояние и перспективы этой европейской инициативы.
Автор констатирует неоднозначные результаты восточной политики ЕС.
Отмечая несомненные достижения (подписание Соглашений об ассоциации, а также о безвизовом режиме с Грузией, Молдовой и Украиной), Э. Уилсон обращает внимание на фактический провал реформ в Молдове, обернувшийся «реваншем» пророссийских сил, тревожные авторитарные тенденции в Грузии, сохраняющуюся напряженность в армяно-азербайджанских отношениях.
Одна из причин проблем «Восточного партнерства», по мнению автора, заключается в неопределенности конечных целей инициативы.
Является ли она подготовительным этапом для приема в ЕС стран–участниц? Представляет ли собой формат сотрудничества без интеграционных обязательств, а дальнейшее расширение ЕС на Восток в принципе не стоит на повестке?



Единого мнения по этим вопросам нет, более того, автор отмечает растущий скептицизм в отношении «Восточного партнерства» и набирающие популярность призывы максимально сократить обязательства ЕС перед постсоветскими государствами и сосредоточиться на внутренних проблемах, а также не злить Россию излишней активностью у ее рубежей. Э. Уилсон спорит с этой точкой зрения, доказывая, что уход ЕС из региона не приведет к его стабилизации, а наоборот усилит стремление России включить страны «Восточного партнерства» в зону своих привилегированных интересов, что, по мнению автора, будет только усиливать напряженность и нестабильность.
Интересно, что автор открыто признает, что в настоящее время «Восточное партнерство», по сути, является формой «российской политики» ЕС (т.е. политики по сдерживанию России).
В то же время, Э. Уилсон критикует ЕС за неспособность предоставить странам «Восточного партнерства» гарантии безопасности в случае их «европейского выбора».
Ключевой страной «Восточного партнерства» Э. Уилсон считает Украину и призывает ЕС сосредоточить свои усилия в первую очередь здесь. По его мнению, «история успеха» Украины способна дать новый кредит доверия как «Восточному партнерству», так и ЕС в целом в глазах государств–участников.
В целом Э. Уилсон признает, что никаких существенных прорывов в восточной политике ЕС ожидать не приходится, и Брюссель в отношениях со странами «Восточного партнерства» будет придерживаться статус-кво.
Тем не менее автор настаивает, что этот статус-кво должен быть «позитивным». Для этого необходимо проводить более активную политику вовлечения стран «Восточного партнерства», в том числе подключать их к европейским дискуссиям и процессам принятия решений внутри ЕС. Что касается Украины, то необходимо укреплять ее «физическую привязку» к ЕС (безвизовый режим, европейские лоукостеры и т.п.), а также энергетическую независимость от России. Особое внимание уделяется польской инициативе «Междуморья», которая, по мнению Э. Уилсона, также может способствовать укреплению связей Украины и других членов «Восточного партнерства» как друг с другом, так и с другими государствами ЕС.

ЕС, НАТО и Восточная Европа
В рассматриваемый период появился ряд материалов, рассматривающих взаимоотношения ЕС и НАТО с восточноевропейскими государствами бывшего СССР.
В статье «Зияющая пустота Восточной Европы» Джуди Демпси утверждает, что НАТО и ЕС не в состоянии исправить провалы своей политики в отношении данного региона. В начале текста автор обращает внимание на изменение смыслового наполнения понятия «Восточная Европа». Если раньше под этим понимались европейские страны бывшего социалистического лагеря (Чехия, Словакия, Польша, Венгрия), которые Д. Демпси в целом рассматривает как «историю успеха» на пути возвращения в «цивилизованный мир», то сегодня речь чаще идет о «новой» Восточной Европе – постсоветских государствах, зажатых между ЕС и НАТО с одной стороны и Россией – с другой.
В противовес «старой» Восточной Европе, эти страны характеризуются в статье как пространство коррупции, политической несвободы и нарушений прав человека (это стереотипный набор характеристик, которыми в западной публицистике наделяются постсоветские государства). Все эти негативные проявления объясняются как противодействием трансформации региона со стороны России (особенно на Украине), так и слабостью политики ЕС и НАТО, не готовых решительно поддержать необходимые преобразования и нередко покровительствующих коррумпированным олигархическим элитам, использующим проевропейскую риторику. «ЕС часто выбирает статус-кво. Достаточно взглянуть на Молдову, где элиты под проевропейскую риторику набивают карманы незаконными прибылями. ЕС уклоняется от последовательной поддержки гражданского общества, что вызывает недоумение, учитывая его приверженность мягкой силе. Он также поддерживает статус-кво, позволяя молдавским и украинским олигархам хранить свои (украденные) деньги в Европе и США, демонстрируя тем самым европейское лицемерие и двойные стандарты. Все это закрепляет культуру коррупции и безнаказанности, а также влияет на безопасность, вернее, ее отсутствие». Д. Демпси призывает ЕС и НАТО к более решительной политике в Восточной Европе, которая позволит заполнить образовавшийся в регионе стратегический вакуум и успешно завершить постсоветскую трансформацию.


Еще одна статья этого же автора называется «Восточный фланг НАТО и будущее его отношений с Россией». Материал посвящен популярной в последнее время в западной аналитике и публицистике теме «беззащитности» восточного фланга НАТО (т.е. стран Балтии) перед «российской угрозой». Рассматриваемая статья анализирует (с позиций западных «ястребов») противоречия политики стран – членов НАТО на восточном направлении. Д. Демпси выражает тревогу по поводу этих противоречий, поскольку после «агрессии» России в Крыму и на Донбассе (автор исходит из «презумпции виновности» России) от НАТО как никогда требуется внутреннее единство и согласованность подходов.
Среди основных противоречий называется разная степень оценки «угрозы» со стороны России.
Если для стран Восточной Европы, США и Великобритании «восточная угроза» в приоритете, то Германия, Италия и Франция – сторонники более мягкого подхода в отношении Москвы. Со своей стороны, страны, расположенные на «южном фланге» НАТО (Греция, Италия, Испания) считают, что «восточной угрозе» уделяется избыточное внимание, а НАТО следовало бы сосредоточиться на противодействии терроризму и ближневосточной политике.
Д. Демпси обращает внимание на громоздкость и бюрократизированность системы принятия решений в НАТО, отсутствие возможностей для быстрой переброски войск в Европе (для решения этой проблемы предлагается создание своего рода «военного шенгена»), а также на противоречия, возникшие между европейскими членами НАТО и США после прихода к власти Д. Трампа. Автор критикует Основополагающий акт Россия-НАТО 1997 г., называя его устаревшим и призывая к отмене или радикальному пересмотру этого документа (критика Основополагающего акта весьма распространена в западной военно-политической аналитике последнего времени). В целом Д. Демпси выступает за дальнейшее наращивание военной поддержки стран Балтии в их противостоянии «российской угрозе» и за размещение на их территории постоянных, а не ротируемых, как сейчас, контингентов НАТО.

Украина, Россия, Турция
Статья Димитара Бечева «Украинский гамбит Турции» посвящена итогам визита турецкого лидера Реджепа Эрдогана в Киев, который состоялся в начале октября. По мнению автора, несмотря на появившиеся в последнее время разговоры о «московском развороте» Турции, в реальности отношения с Россией для Анкары являются не долговременным альянсом, а частью более широкой стратегии по формированию максимально автономной внешней политики.
Визит в Киев 9 октября стал дополнительным напоминанием, что интересы Москвы и Анкары часто могут расходиться.
Далее автор перечисляет примеры «недружественных» для Кремля действий Анкары на украинском направлении: поддержка объявленного в России экстремистским крымско-татарского Меджлиса, запрет на морские сообщения с Крымом, неоднократная публичная поддержка «территориальной целостности Украины», наращивание военного и экономического сотрудничества с Киевом и т.п.




Вместе с тем Д. Бечев полагает, что преувеличивать значимость турецко-украинских отношений также не стоит, а Украина не сможет заменить Россию в качестве главного партнера Турции на постсоветском пространстве. Эксперт отмечает, что у России есть два важных инструмента воздействия на Турцию, которые отсутствуют у Киева: это военные объекты, размещенные по периметру турецких границ (Сирия, Армения, Крым), а также зависимость турецкой экономики от российских энергоносителей и ее чувствительность к торговым эмбарго со стороны Москвы.

Абхазия: все еще изолированная, но гордая
Статья Томаса де Ваала с таким заголовком опубликована на сайте Carnegie Europe. Отмечая, что абхазский конфликт достиг «мрачного 25-летнего юбилея», Т. де Ваал анализирует текущую ситуацию в Абхазии и вокруг нее. Автор признает, что грузино-абхазский конфликт давно вышел из острой стадии, а риторика с обеих сторон давно звучит не так резко, как это было в 1990-е гг. В то же время, замороженным, по мнению Т. де Ваала, этот конфликт тоже назвать нельзя.
Автор отмечает, что грузинская и абхазская стороны по-прежнему придерживаются взаимоисключающих сценариев разрешения конфликта.
Грузинское правительство рассчитывает на то, что социально-политическая модель «европейской Грузии» окажется настолько привлекательной для абхазов, что они захотят вернуться (в частности, в статье упоминается о развиваемой в Грузии системе медицинских услуг, ориентированной на жителей Абхазии). Со своей стороны, в Абхазии надеются, что рано или поздно в Тбилиси смирятся с абхазской независимостью и признают ее. Т. де Ваал в связи с этим приводит высказывание министра иностранных дел Абхазии Даура Кове: «Грузины не понимают одной простой вещи. Они нам не нужны. Мы 25 лет выживали без них». Говоря о внутренней ситуации в Абхазии, Т. де Ваал признает, что она избавилась от большинства разрушительных последствий конфликта, а Сухум, «наконец, выглядит, как обычный город на Кавказе, с суетой в магазинах и пробками на дорогах». В то же время автор отмечает, что своим относительным благополучием Абхазия в основном обязана помощи из России, а внутренняя политика здесь остается нестабильной и конфликтной. Особое внимание автор уделяет ущемлению прав грузинского населения, проживающего в Гальском районе Абхазии. По словам Т. де Ваала, грузины в Абхазии испытывают постоянную дискриминацию, грузинский язык в школах вытесняется русским, так что родители вынуждены отдавать детей на обучение в грузинские школы в Зугдиди, по другую сторону границы.
В целом ситуацию с правами человека в Абхазии автор оценивает критически, по его мнению, республика находится в изоляции, а возможности ЕС и других международных игроков повлиять на положение здесь ограничены из-за противодействия России.
Тем не менее автор призывает ЕС принимать более активное участие в судьбе республики, хотя признает, что конкурировать с российским влиянием здесь у Европы в обозримой перспективе вряд ли получится.

Казахстан
Пол Гобл в статье «Москва теряет влияние на Казахстан, а Астана теряет влияние на националистов» продолжает исследовать изменения во внутренней и внешней политике Казахстана в связи с происходящими в стране демографическими переменами.
Падение российского влияния в Казахстане Пол Гобл традиционно связывает со снижением доли русского населения, что обусловлено как эмиграцией русских, так и более высокой смертностью среди них в сравнении с этническими казахами.
В статье автор не в первый раз повторяет свою теорию о том, что границы Казахстана якобы были намеренно прочерчены Сталиным таким образом, чтобы включить в его состав большую долю русских и не допустить антисоветского альянса казахов и других тюркских народов Центральной Азии. Другим фактором увеличения доли русских в Казахстане была программа по освоению целинных земель во времена Хрущева. В результате русские составили относительное большинство населения Казахстана, а казахи «оказались в меньшинстве в своей собственной республике». Ситуация стала меняться в 1980-90е гг., когда из-за высокой смертности и эмиграции русских казахи стали сначала относительным, а затем и абсолютным большинством, а в ближайшее десятилетие их доля в населении Казахстана должна достигнуть 80%. Именно эти изменения, по мнению П. Гобла, обусловили нынешнюю политику заигрывания казахстанских властей с «романтическим национализмом», частью которой стала и латинизация алфавита казахского языка. В то же время, автор полагает, что сейчас в Казахстане выходит на сцену новое, более радикальное поколение «рассерженных» националистов, резко настроенных против своих «романтических» предшественников. Механизмы появления этих новых «рассерженных» националистов, по мнению П. Гобла, аналогичны подъему правого популизма в России и Европе. Протестные настроения и недовольство, питающие новый казахский национализм, могут сделать его проблемой и угрозой для Казахстана как государства, а радикализм может привести многих «новых» националистов в ряды радикального ислама или других экстремистских течений.