Мониторинги

Постсоветская Евразия: взгляд с Запада (01.07 – 14.07.2017)

Постсоветская Евразия: взгляд с Запада (01.07 – 14.07.2017)

Всеволод Шимов, к.п.н., доцент кафедры политологии Белорусского государственного университета
В рассматриваемый период западная аналитика оказалась особенно насыщенной военно-политической повесткой, связанной с отношениями Россия–НАТО и, в более широком смысле, противостоянием России и Запада в различных регионах постсоветского пространства.
Россия и НАТО
Целевая группа по сотрудничеству в Большой Европе (Task Force on Cooperation in Greater Europe) опубликовала свои предложения по взаимоотношениям НАТО и России, озаглавив их «Управление холодным миром между Россией и Западом». В документе констатируется, что проблемы евроатлантической безопасности становятся всё более сложными, опасными, трудными для регулирования, с множеством неизвестных. Причиной этого является то, что понимание европейской безопасности в России и на Западе расходятся фундаментально, и этот разрыв продолжает расти, что, в конечном счете, может привести к военной конфронтации. В этих условиях «основной задачей становится остановка раскручивания нисходящей спирали соперничества и управление рисками посредством стабильных и устойчивых отношений в сфере безопасности между Западом и Россией».
Авторы признают, что с 2013 года отношения России и Запада во многом прошли точку невозврата, многие страны евро-атлантического сообщества воспринимают Россию как угрозу и наоборот.
Тем не менее, даже в этих условиях взаимоотношения России и Запада не должны выходить за определённые рамки, которые можно сформулировать в четырёх основных принципах:
1. политическое и военное руководство должно признать, что войну между Россией и НАТО невозможно выиграть, а значит, такую войну нельзя допустить ни при каких обстоятельствах, а любые попытки достичь политических целей угрозой применения силы не имеют смысла;
2. необходимо признать, что любые попытки получить военное преимущество в Европе или любом из ее регионов путем разработки и развертывания новых систем вооружений в конечном счете будут бессмысленными, поскольку другие страны дадут этому симметричный ответ;
3. необходимо признать серьезные риски неуправляемых и нерегулируемых попыток сдерживания, которые с высокой долей вероятности могут спровоцировать непреднамеренную конфликтную эскалацию;
4. необходимо признать, что отсутствие удовлетворяющего стороны соглашения о стабилизации будет иметь более широкие негативные эффекты, включая сферы экономического развития и социального благополучия.
Взаимоотношениям России и НАТО посвящена статья нидерландского эксперта Тони ван дер Тогта «Без лидерства США в отношениях НАТО и России не будет прогресса». По мнению автора, с точки зрения России, сложившаяся после завершения Холодной войны система безопасности в Европе является продуктом однополярной гегемонии США и должна быть заменена многополярным порядком, основанном на «концерте» великих держав. В этой связи российское руководство связывало большие ожидания с Дональдом Трампом, рассчитывая на «большую сделку», в рамках которой Россия будет признана великой державой с эксклюзивной зоной интересов. Эти надежды, однако, оказались разбиты общей неопределённостью внешней политики США из-за внутренних противоречий, а также шагами администрации Трампа на Ближнем Востоке, идущими вразрез с интересами России. Кроме того, стремление США снизить свои обязательства в рамках НАТО, сложить с себя полномочия лидера альянса привели организацию к «кризису идентичности» и поставили отношения России и НАТО в тупик.
По мнению Тони ван дер Тогта, взаимодействие России и НАТО вне системы лидерства США невозможно.
ЕС не способен выступить в качестве альтернативы США, поскольку в военном отношении полностью зависит от них и не рассматривается Россией в качестве самостоятельного игрока. Возможности ЕС ограничены «мягкой силой» - экономическая/энергетическая безопасность, вопросы миграции, сотрудничество в Арктике. В этих сферах ЕС может сыграть важную роль в диалоге с Россией. Однако в целом отношения Москвы и НАТО будут затруднены из-за ослабления лидерства США в альянсе.
Следует отметить, что вышеприведенные материалы написаны в умеренной и конструктивной манере и ориентированы на поиск компромиссов и точек соприкосновения между Россией и НАТО. Статья «Основополагающий акт НАТО-Россия: мёртвый документ», опубликованная центром Карнеги, написана в традиционном для западной публицистики антироссийском ключе. По мнению автора Джона Дени, стремление многих членов альянса следовать обязательствам перед Россией в рамках Основополагающего акта может подорвать стабильность и безопасность в Европе.

Основополагающий акт был заключён 20 лет назад и не является юридически обязательным документом (Церемония подписания Основополагающего акта Россия-НАТО, г. Париж, 27 мая 1997 г.).

Дж. Дени полагает, что документ уже давно «мёртв», поскольку морально устарел и не отвечает тем вызовам и рискам, с которыми сталкивается НАТО в Восточной Европе. В частности, как полагает автор, следуя букве соглашения, НАТО ограничивает своё военное присутствие в странах бывшего Варшавского договора, размещая здесь лишь ротируемые подразделения батальонного уровня в рамках Расширенной инициативы присутствия. В то же время Россия давно перестала исполнять свои обязательства, наращивая военное присутствие и проводя масштабные учения на пограничных с НАТО территориях. Таким образом, чем быстрее НАТО откажется от следования давно устаревшему Основополагающему акту, тем скорее оно сможет проводить политику, отвечающую современным вызовам безопасности в Восточной Европе. Слепое следование договору, по мнению Дж. Дени, только играет на руку Москве.
Россия и НАТО: черноморско-кавказский контекст
Тема взаимоотношений России и НАТО получила развитие в ряде материалов, касающихся Черноморского бассейна и Кавказа (в первую очередь, Грузии).
Статья «Российский проект для Черного моря: расширение буферной зоны», опубликованная Центром международных и стратегических исследований, посвящена анализу российской политики в отношении черноморского региона. Автор статьи Борис Тукас полагает, что основной целью России в отношении стран черноморского бассейна является выстраивание здесь пояса безопасности («санитарного кордона») и недопущение присутствия внешних игроков (ЕС, США, НАТО). Вместе с тем, слабость России после распада СССР обусловила то, что ЕС и НАТО стали быстро заполнять образовавшийся геополитический вакуум, а попытки России предложить альтернативные интеграционные проекты (ЕАЭС, ОДКБ) в регионе провалились: за исключением Армении, ни одна из стран региона не стала принимать в них участия. По мнению автора, после «цветных революций» в Грузии и на Украине, а также развёртывания программ партнёрства ЕС и НАТО для Молдовы, Грузии, Украины, Армении и Азербайджана, Россия перешла к «жесткой силе как инструменту сохранения своего влияния», давая понять странам региона, «что политическая независимость для них – не вариант». Этнокультурная пестрота региона превратилась в инструмент в руках России, которая стала активно играть на межнациональных и идеологических противоречиях, подрывая суверенитет государств Черноморского бассейна. Результатом этой политики Б. Тукас считает признание независимости Абхазии и Южной Осетии, «аннексию» Крыма и конфликт в Донбассе.
Автор полагает, что США и ЕС должны выработать общее видение будущих перспектив региона Черного моря, и противодействовать попыткам дестабилизации региона и изменения границ со стороны России. В то же время, Б. Тукас признает, что возможности ЕС и НАТО ограничены, и страны региона, не вступившие в эти организации, в обозримой перспективе туда не попадут, а значит, будут вынуждены рассчитывать в первую очередь на себя. Кроме того, эксперт полагает, что регион не должен превращаться в «линию фронта» между Россией и Западом. Напротив, регион может стать испытательным полигоном по снятию напряженности между Западом и Россией, поскольку противоречия здесь не носят такого острого характера, как в Балтийском бассейне. Кроме того, черноморский регион может стать мостом между Европой, Каспийским бассейном и Центральной Азией, а развитие экономических и дипломатических связей с третьими странами позволит государствам Черного моря уравновесить «подавляющее присутствие» России и блокировать любые попытки дестабилизации с её стороны.
Взаимоотношениям Грузии с НАТО и Россией, а также ее стратегической роли в бассейне Черного моря посвящен материал «Грузия после присоединения Черногории к НАТО», опубликованный на сайте Foreign Policy Research Institute. Автор Эдуард Абрахамян полагает, что присоединение Черногории к НАТО является важным сигналом, что двери альянса по-прежнему остаются открытыми для всех желающих, и в первую очередь это касается Грузии. Автор подробно характеризует сотрудничество НАТО и Грузии последнего времени, которое развивается в рамках подхода «Больше НАТО в Грузии».

17 июля 2017 года Конгресс США в очередной раз поднял вопрос вступления Грузии в НАТО с целью “сдерживания российской агрессии” в Восточной Европе.

По мнению А. Абрахамяна, Грузия для НАТО стала своего рода региональным «хабом» посредством которого организуется сотрудничество в сфере безопасности во всем Черноморском бассейне. В качестве основной угрозы безопасности Грузии называется Россия, что связано как с негативным отношением Москвы к расширению НАТО, так и с проблемой Абхазии и Южной Осетии. В этой связи автор критикует НАТО за недостаточное внимание к техническому перевооружению грузинской армии, объясняя это тем, что после завершения холодной войны альянс специализируется не на полномасштабных боевых действиях, а на миротворческих и антитеррористических операциях, не требующих столь мощного технического оснащения армий стран-партнеров. Как следствие, Россия, снабжающая своих союзников (Армения, Беларусь, Казахстан) современными вооружениями по нерыночным ценам, получает важное стратегическое преимущество.
Еще одна статья, затрагивающая военно-политические проблемы Грузии, была опубликована Eurasia Daily Monitor под говорящим заголовком «Россия снова усиливает военное давление на Грузию». Автор Гиорги Менабде полагает, что военный шантаж в отношении Грузии Россия использует с целью принудить Тбилиси к совместной организации транспортных коридоров в Армению и Иран через Абхазию и Южную Осетию. Этому, в частности, были посвящены переговоры в Праге в начале июля между российским заместителем министра иностранных дел Григорием Карасиным и спецпредставителем грузинского правительства по связям с Россией Зурабом Абашидзе. Накануне переговоров Россия предприняла ряд акций, которые, по мнению автора статьи, имели целью оказать давление на Тбилиси. Так, на разграничительной линии с Южной Осетией «российские солдаты» установили пограничные знаки, продвинувшись вглубь подконтрольной Грузии территории и оказавшись всего в 400-450 метрах от шоссе Баку-Тбилиси-Поти-Батуми, имеющего стратегическое значение для всего Закавказья. Среди других «устрашающих» акций называются учения в Южной Осетии (с отработкой элементов применения оружия массового уничтожения) и в Абхазии. По мнению автора, Россия продолжит использовать военные инструменты с целью давления на Грузию с целью добиться от нее соглашений по транспортным коридорам через Южную Осетию и Абхазию, которые позволят ей возродить свое влияние на всем большом Кавказе. В заключение делается вывод, что политическая поддержка Запада будет важна как никогда, чтобы помочь Грузии противостоять этим попыткам.
Запад-2017 и силы ОДКБ в Сирии
Следует также отметить ряд материалов военной направленности на Eurasia Daily Monitor. Статьи Роджера МакДэрмотта и Йоргена Элфвинга посвящены анализу военной составляющей предстоящих учений «Запад-2017», в силу чего практически лишены алармистской и пропагандистской риторики, характерной для восточноевропейских авторов. В статье «Россия хочет разместить силы союзников по ОДКБ в Сирии» анализируется возможность размещения сил Казахстана и Кыргызстана в Сирии, о чём 22 июня заявил глава Комитета по обороне российской Госдумы генерал Шаманов. По мнению автора Урана Ботобекова, эти заявления носят в большей степени пропагандистский характер и ориентированы преимущественно на западную аудиторию. Приглашая центральноазиатских союзников принять участие в сирийском конфликте, Владимир Путин стремится продемонстрировать миру, что Россия по-прежнему является влиятельной международной силой, с которой следует считаться. Между тем, ни Казахстан, ни Киргизия не пойдут на это как по внутриполитическим соображениям (непопулярность участия в «чужом» конфликте), так и по религиозным. Россия поддерживает алавитский режим Асада, а сирийская оппозиция представлена в основном суннитами. Большинство казахов и киргизов – сунниты, духовные лидеры обоих государств уже выразили свое недовольство российской операцией в Сирии. Поэтому, по мнению У. Ботобекова, опасение потерять поддержку верующих будет также подталкивать власти Казахстана и Киргизии к уклонению от участия в сирийской операции.
«Татарский вопрос»
Вопрос о продлении действия договора о разграничении полномочий между федеральным центром и Татарстаном, срок действия которого истекает 24 июля, анализируется в материале Stratfor «Татарстан: последняя автономная республика в России». Особый статус Татарстан получил в 1994 году в результате компромисса между российским правительством и татарскими властями, требовавшими независимости. В результате Татарстан стал республикой с собственным президентом и правом автономного контроля над налогами, судебной системой, полицией, гражданством и внешней политикой. В 2007 г. было подписано дополнительное соглашение, уточняющее права и полномочия Кремля и татарского правительства. Отмечается, что это соглашение было подписано тогда, когда Кремль аннулировал аналогичные соглашения с другими республиками, и на сегодняшний день все республики отказались от собственных президентов, признав единственным президентом России В. Путина – за исключением Татарстана. По мнению авторов статьи, Кремль оказался перед непростым выбором. С одной стороны, продление соглашения может вызвать требования аналогичных соглашений со стороны других национальных республик. С другой стороны, отказ от соглашения может дестабилизировать этот стратегически значимый регион.
Эксперты Stratfor отмечают рост татарского национализма, который может передаться другим «братским» этническим группам, таким как башкиры и чеченцы (как указано в тексте).
Другой проблемой Кремля является рост мусульманского населения России на фоне глубокого демографического упадка этнических русских, и Москва не хотела бы, чтобы Казань стала эпицентром антироссийских настроений среди мусульман. В заключение авторы отмечают, что противостояние Москвы и Казани имеет многовековую историю, и Москва всегда находила компромиссы ради сохранения территориальной целостности. Однако сейчас усиливающийся татарский национализм и растущая потребность России обуздать непослушные регионы ставят под сомнение готовность Москвы вести переговоры.
Борьба с дезинформацией в Прибалтике
Тема информационной безопасности балтийских государств и противодействия «российской пропаганде» по-прежнему остается в фокусе внимания западных аналитиков. В рассматриваемый период на сайте Foreign Policy Research Institute была опубликована статья Александры Сарло на эту тему. Автор полагает, что российские СМИ сыграли ключевую роль в разжигании конфликта на Украине, провоцируя сепаратизм в Крыму и Донбассе, вбрасывая недостоверную и тенденциозную информацию в отношении Украины и нового киевского режима.
События на Украине породили страх, что следующей целью могут стать государства Балтии, где также действует разветвленная сеть русскоязычных СМИ, многие из которых связаны с Россией.
По мнению А. Сарло, балтийские государства давно испытывают информационное давление со стороны России (как пример упоминается история переноса «Бронзового солдата» из центра Таллина в 2007 г.). В качестве мер противодействия называются разоблачения недостоверной и тенденциозной информации, а также штрафы и приостановка работы СМИ, распространяющих такую информацию. Вместе с тем, автор признаёт, что эффект от таких мер далеко не всегда очевиден. Связано это с тем, что люди не склонны менять свои убеждения и стремятся находить информацию, подтверждающую их картину мира, поэтому даже разоблачения ложной информации зачастую не достигают необходимого эффекта. Поэтому, по мнению автора, важно развивать «медийную грамотность» и навыки критического мышления при работе с информацией. Кроме того, А. Сарло обращает внимание, что люди лучше воспринимают противоречащую их убеждениям информацию, если она поступает из заслуживающих их доверия источников. «Для русскоговорящих жителей стран Балтии большее разнообразие мнений, которые можно услышать от других русских, может стать тем путем, который позволит им выйти за пределы сферы доминирования российских государственных СМИ. На фоне большого числа информационных ресурсов из Москвы следует поощрять деятельность таких небольших независимых источников информации, как «Медуза», которая работает в Латвии».
Беларусь
Статья Евгения Прегермана «Беларусь в Центрально-Европейской инициативе: читая между строк» анализирует внешнюю политику Беларуси в контексте Центрально-Европейской инициативы (ЦЕИ), встреча глав дипломатических ведомств которой состоялась в Минске 22 июня. Е. Прегерман обращает внимание, что впервые в своей суверенной истории Беларусь председательствует в организации, объединяющей страны за пределами бывшего СССР. Вместе с тем, он полагает, что организация, созданная в 1989 г. для взаимодействия стран ЦВЕ и Балкан с ЕС, переживает «кризис идентичности» после расширения ЕС 2004-2007 гг. и учреждения Восточного Партнерства как регионального измерения европейской политики соседства. На встрече министров иностранных дел ЦЕИ президентом А. Лукашенко было сформулировано, как полагает Е. Прегерман, ключевое содержание белорусской внешней политики: «Для нашей страны в равной степени важно развивать сотрудничество с Востоком и Западом, не делая искусственного выбора между ними». Е. Прегерман определяет такую политику как «стратегическое хеджирование», которое сводится к максимально широкому участию в различных международных и региональных организациях и инициативах, что открывает широкое поле для политического маневрирования и позволяет уклоняться от нежелательного вовлечения в те или иные конфликты на чьей-либо стороне.

В отношениях с Россией и ЕС Минск также старается оставаться не вовлеченным в их конфронтацию, несмотря на свои обязательства перед Россией в рамках ЕАЭС и ОДКБ.

Вместе с тем, автор отмечает, что такая политика возможна лишь в том случае, если геополитические трения не достигнут определенного предела – в противном случае Беларусь будет неизбежно вовлечена конфликт на стороне России. Это объясняет, почему Беларусь так настойчиво предлагает себя в качестве нейтральной переговорной площадки для урегулирования международных конфликтов (в том числе и в рамках ЦЕИ).
Украина
Украинская тема в рассматриваемый период также носила преимущественно милитаристский характер.
На сайте центра Карнеги была опубликована статья Андреаса Умланда «Как достичь украинской истории успеха», которая, несмотря на заголовок, в первую очередь посвящена противодействию России на Украине.
По мнению автора, нынешняя политика низкоинтенсивных боевых действий, которую осуществляет Россия, направлена на медленное, но устойчивое ухудшение социально-экономической ситуации на Украине, в первую очередь, в восточных регионах, пограничных с «оккупированным» Донбассом. Вместе с тем, ссылаясь на военного эксперта П. Фельгенгауэра, А. Умланд не исключает возобновления и активной стадии военного конфликта. В качестве противодействия «возможной российской агрессии» автор предлагает ряд мер.
В первую очередь, западные страны должны недвусмысленно обозначить систему «наказаний» и «поощрений» для России в случае ухудшения или улучшения ситуации на Украине. А. Умланд предлагает странам ЕС в том числе быть готовыми к полному отказу от российских энергоносителей. По его мнению, для России это создаст серьезные затруднения, в то время как ЕС сможет достаточно легко найти замену российским нефти и газу. А. Умланд также предлагает странам Запада начать прямые поставки летальных вооружений, электронного оборудования, а также осуществлять инструктаж и тренировки украинских военных, что позволит лучше защитить Украину и обеспечит сдерживание России. Кроме того, А. Умланд призывает более активно инвестировать в украинскую экономику, особенно в юго-восточные регионы, способствовать продвижению реформ и т.п., что в конечном счете сделает украинскую историю успеха реальной и окажет важный демонстрационный эффект на Крым и Донбасс, создавая предпосылки для восстановления территориальной целостности Украины и начала «российско-украинского примирения».
В статье «Стратегический обзор российской военной угрозы для Украины: Мариуполь и Одесса на кону» рассматриваются «возможности российской агрессии» в отношении Украины с моря. В начале статьи автор Игорь Кабаненко делает исторический обзор российских завоеваний в бассейне Черного моря, большинство из которых были утрачены после распада СССР. Автор отмечает, что после «незаконной аннексии Крыма» Россия удвоила наступательный потенциал Черноморского флота, который может быть направлен в первую очередь против Одессы и Мариуполя, крайне уязвимых с моря в силу утраты Украиной порядка 70% своего флота в 2014 г. и крайнего износа остающихся в распоряжении Киева кораблей. И. Кабаненко полагает, что к наступательным действиям Россию может подтолкнуть сохраняющаяся зависимость Крыма от поставок воды и энергоносителей с континентальной Украины, а также стремление «пробить» сухопутный коридор между самопровозглашенными республиками Донбасса и Крымом (в этой связи отмечается концентрация российских войск на мариупольском направлении). Следует отметить, что тема возможного удара с моря и атаки на Мариуполь поднимается авторами Eurasia Daily Monitor не впервые.