Мониторинги

Постсоветская Евразия: взгляд с Востока (20.02– 20.03.2017)

Постсоветская Евразия: взгляд с Востока (20.02– 20.03.2017)

Николай Мухин, магистр востоковедения
Освещение постсоветского пространства в странах Азии в основном ограничивается наиболее актуальными темами, касающимися политики России и украинского кризиса, а также периодическими комментариями в прессе о странах Центральной Азии и Восточной Европы. Больше всего в Азии проблематикой постсоветского пространства интересуется Китай: аналитические центры и СМИ КНР регулярно пишут о России и других странах постсоветского пространства. В этом обзоре будут представлены мнения китайских, японских, южнокорейских и индийских аналитических центров и СМИ о важных тенденциях на постсоветском пространстве.
В первом выпуске за февраль-март разобраны материалы китайских ученых об ЭПШП и российской элите, украинском кризисе, а также индийское и японское видение возможных перспектив развития отношений между Москвой и Вашингтоном.
Будущее Шелкового пути
Один из крупнейших и наиболее влиятельных центров исследования процессов на постсоветском пространстве в КНР Институт России, Восточной Европы и Центральной Азии (ИРВЕЦА) КАОН в начале 2017 г. выпустил материал, посвященный оценке исследования Экономического пояса Шелкового пути и сотрудничества России и Китая, который подготовил Пань Чжипин, профессор Университета СУАР КНР.


Для внешних участников ЭПШП - это инициатива, направленная на международную кооперацию.

В статье Пань Чжипин оценивает основные мнения китайских и иностранных специалистов об инициативе ЭПШП и российско-китайских отношениях. Как отмечает автор, многие иностранные эксперты по-прежнему неверно трактуют ее смысл. Китайскую позицию Пань Чжипин сформулировал в следующих пунктах.
1. Для внешних участников ЭПШП - это инициатива, направленная на международную кооперацию, для самого Китая - это стратегия внутреннего развития. Автор считает, большим упущением представителей КНР стало недостаточно успешное пояснение смысла этой инициативы представителям других стран.
2. Китайские исследователи утверждают, что Центральная Азия - это арена противостояния США и России, где Пекину нечего делить с Москвой, несмотря на то, что многие обвиняют КНР в расширении своей «империи» на запад.
3. Среди важнейших стратегических задач ЭПШП автор выделяет сотрудничество в сфере энергетики, выход на новые рынки, торговое сотрудничество, инвестиции в технологии и др., отвергая намерения Китая вынести в Центральную Азию избыточные производственные мощности.
4. Автор выделяет Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) как регион, который будет развиваться за счет реализации инициативы ЭПШП, ведь через него проходят важнейшие направления будущего пути (новый евразийский, китайско-центрально-азиатский и китайско-пакистанский).
5. Автор признает, что несмотря на близость центрально-азиатского региона китайцы очень мало знают об этих странах, и для более тесного сотрудничества представителям КНР еще предстоит много узнать о культуре и особенностях этих стран.
6. Автор настаивает, что ЭПШП призван построить не только общее экономическое пространство, но также социальное, культурное и религиозное.
Пань Чжипин приводит мнения ряда экспертов из Казахстана, Узбекистана и Киргизии, которые гораздо более оптимистичны по отношению к сотрудничеству с Китаем, чем российские специалисты. В материале отмечается, что, например, в Казахстане Китай воспринимают преимущественно позитивно не только на политическом уровне, но и общественном.
Автор анализирует ряд мнений американских специалистов. Некоторые из них указывают на провальную политику США в Центральной Азии и призывают существенно отрегулировать свой внешнеполитический курс в регионе. Другие призывают своих соотечественников рассматривать инициативу ЭПШП не только как геополитический план Китая, ведь такая позиция позволит опустить множество важных деталей. Третья точка зрения – позволить Китаю «обыграть» Россию в Центральной Азии, чтобы «оторвать» страны региона от России.
Далее Пань Чжипин пишет о сопряжении ЭПШП с другими инициативами в России и Центральной Азии. Он приводит мнение ряда китайских исследователей, которые убеждены, что в течение 50 лет после распада СССР страны Центральной Азии не смогут отказаться от российского влияния, следовательно, любое сотрудничество Пекина с регионом в целом будет проходить при поддержке Москвы. Сопряжение ЕАЭС и ЭПШП по-прежнему выглядит весьма туманным и расплывчатым, особенно с учетом того, что на Международном экономическом форуме 17 июня 2016 г. президент России представил новую инициативу Большого евразийского партнерства.


Президент России Владимир Путин и председатель КНР, генсек ЦК КПК Си Цзиньпин в Москве, 2015 г.

В завершение доклада автор выделяет четыре передовых направления, по которым, по его мнению, следует двигаться инициативе ЭПШП.
Во-первых, необходимо провести геополитический анализ стран, через которые ЭПШП проходит из Китая в Европу. Автор делит эти государства на Север (Россия, Центральная Азия, Кавказ - постсоветское пространство) и Юг (Западная Азия, Южная Азия - «арабский мир»), которые представляются Пань Чжипину двумя разными мирами, требующими индивидуальных подходов в силу абсолютно разной конъюнктуры.
Во-вторых, необходимо выделить приоритеты и снизить амбиции. Автор считает, что на постсоветском пространстве в качестве главных стран, с которых нужно начать углублять сотрудничество в рамках инициативы на первом этапе, можно выделить Россию, Казахстан и Узбекистан, а на Юге - в «арабском мире» - Турцию, Иран, Саудовскую Аравию и Пакистан.
В-третьих, автор настаивает на необходимости проведения конкретных исследований в отдельных сферах, касающихся «Одного пояса, одного пути», вместо множества статей, пространно рассуждающих о стратегических задачах инициативы.
В-четвертых, Пань Чжиипин призывает китайских экспертов сконцентрироваться на проведении исследований, способных объяснить, какие дивиденды инициатива ЭПШП сможет принести другим странам, которые примут участие в проекте. При этом нужно обратить особое внимание на вопрос сопряжения ЭПШП и ЕАЭС, а также связи Китая и России.
Китайский взгляд на российские элиты
Еще одним достойным внимания материалом ИРВЕЦА КАОН стала статья младшего научного сотрудника Центра Чжана Хаоци, посвященная смене поколений политических элит в России.
По мнению автора, Россия на данный момент находится в систематическом процессе смены поколения элит, который полностью закончится еще до 2020 г. Чжан Хаоци приводит ряд проблем, перед которыми стоит политический истеблишмент России в рамках данного процесса: снижение эффективности исполнителей, распространение коррупции, распространение фракционизма, острая внутриполитическая борьба.
Согласно Чжану Хаоци, несмотря на большое количество чиновников в России всегда не хватало хороших правящих кадров. После того, как Владимир Путин снова занял пост президента в 2012 г., был создан ряд специальных ведомств и комиссий, которые были призваны решить этот вопрос. В 2012 г. президент стал придавать особое значение возрасту и компетенции новых руководителей. Так были назначены 29-летний министр связи Николай Никифоров, 34-летний министр экономического развития Максим Орешкин. По оценкам автора статьи, вскоре российская элита будет в основном состоять из кадров, родившихся в 1960-е гг., у которых при этом будет длительный опыт работы в экономическом и административном секторах.


Владимир Путин провёл ротацию губернаторского корпуса и руководящего состава федеральных структур, февраль 2017 г.

Еще одна проблема - фракционность. Путину лишь во второй срок удалось сформировать свою «команду», считает Чжан Хаоци. На четверть она состоит из силовиков, «старой гвардии» Путина, таких как Игорь Сечин, Николай Патрушев, Юрий Чайка, Александр Бортников и др. Большинство из них родились в 1950-х гг., и сейчас они становятся «отрицательным активом» президента Путина. По мнению Чжана Хаоци, в окружении Путина сохраняется существенное влияние силовиков, которое президент стремится минимизировать, сохранив при этом эффективность самих силовых ведомств. Именно поэтому кадровые перестановки в силовых структурах ускоряются: проводятся реорганизация ФСБ и создание «нового КГБ». Поэтому сейчас В. Путин выбирает функционеров без особой «фракционной» окраски.
В силу закрытости политической системы в России, возможности циркуляции элит также становятся весьма ограниченными - это происходит лишь на высшем уровне органов власти. Также продвигаться на самый верх удается главным образом функционерам из Москвы, лишь немногим представителям парламента удавалось войти в элиты государства. Важнейшими качествами для молодых функционеров в нынешнюю эпоху стали лояльность президенту и высокие управленческие способности.
Украинский кризис
Китайский институт международных проблем (China Institute of International Studies) в марте 2017 г. опубликовал материал «Новые тренды и тенденции Украинского кризиса». Автор статьи, Хань Лу, убежден, что ответственность за новый виток эскалации конфликта несет в первую очередь украинское правительство. Для эскалации у украинского руководства было главным образом три мотива.
Во-первых, Украину обеспокоило снижение напряженности отношений между Россией и США. Дональд Трамп до избрания президентом многократно обещал наладить отношения с Москвой. После телефонного звонка Д.Трампа В.Путину украинские власти побоялись потерять финансовую и военную поддержку Вашингтона. Все это может привести к еще большему политическому кризису, а также поставит под вопрос легитимность власти в Украине. Поэтому, считает автор, инцидент под Авдеевкой был призван разделить позиции России и США.
Во-вторых, эскалацией конфликта Украина пыталась привлечь внимание Европы. Пытаясь разрешить свои внутренние проблемы, страны Евросоюза все меньше внимания уделяют Киеву, особенно на фоне провальных попыток политических и экономических реформ, а также недееспособности Нормандской четверки и Минских соглашений. Евросоюз не торопится ни принимать Украину, ни вводить с ней безвизовый режим. Кроме того, снижается размер инвестиций из европейских стран.
В-третьих, украинские власти предприняли попытку отвести внимание от безуспешности действий новой администрации. За два года работы нынешнего правительства ему так и не удалось основать здоровую политическую систему и приблизиться к восстановлению экономики, а также продвинуться по вопросу восточной части Украины. Результаты социологических опросов указывают на то, что половина украинцев не испытывают доверия ни к одной из политических сил в стране. Кроме того, на Украине по-прежнему немало желающих снова выйти на Майдан.


Пётр Порошенко во время пресс-конференции 29 декабря 2016 г.

По мнению Хань Лу, в политической ситуации на Украине в ближайшее время будет по-прежнему сохраняться неопределенность, и никаких прорывов в решении кризиса не предвидится. Для этого есть две причины:
1. Нестабильная ситуация внутри страны и сложность решения вопроса на востоке. Последовательно теряя поддержку с осени 2016 г., Петр Порошенко по-прежнему делает все, чтобы победить на выборах в 2019 г.: усиливает свое влияние в силовых ведомствах и продвигает парламентские выборы. В то же время по всей стране растут национал-экстремистские настроения, которые нарушают стабильность в стране и не позволяют ее здоровому развитию. Каждая из политических сил в Украине использует вопрос восточной части страны как инструмент в политической борьбе, но так как в ближайшее время не видно вариантов его урегулирования, нет решения и украинскому кризису в общем.
2. Хотя отношения России с США и Европой и начинают постепенно налаживаться, ни одна из сторон не поступится своими стратегическими интересами. Украинский кризис останется фишкой в игре между двумя сторонами, а его решение будет зависеть от той степени политического доверия, которой удастся достичь Москве и Вашингтону.
Россия и США: смена парадигмы отношений?
Центр Карнеги в Индии в конце февраля 2017 г. опубликовал статью директора Центра Раджи Мохана о том, как необходимо выстраивать отношения с админстрацией Д. Трампа. Комментируя выступление Сергея Лаврова на Мюнхенском форуме безопасности о необходимости создания пост-западного мира в международных отношениях, автор статьи замечает, что на форуме все внимательно следили за тем, как в новых условиях Москва и Вашингтон будут разделять свои полномочия в Европе.


Диалог России и НАТО естественен в современных условиях, по мнению Главы МИД РФ Сергея Лаврова.

С.Лавров призывал к укреплению сотрудничества с НАТО, встречая скепсис враждебно настроенных по отношению к России представителей западного истеблишмента. Трамп же, по мнению индийского эксперта, по-прежнему уверен, что Вашингтону стоит улучшать отношения с Москвой. Даже сейчас, когда политическая конъюнктура допускает «большую сделку» между В.Путиным и Д.Трампом, дьявол будет скрываться в деталях. Как бы им ни было сложно достичь договоренностей по вопросам от Украины и Сирии до контроля над ядерным вооружением и кибербезопасностью, двум сторонам удастся изменить форму отношений между двумя державами, которая складывалась на протяжении последней четверти века.
В японской газете The Japan News от 11 марта 2017 г. была опубликована статья «Внешняя политика Д. Трампа разделяет Европу». Как отмечает ее автор Норихиде Миёси, в отличие от стран Западной Европы, государства Восточной Европы поддерживают миграционную политику администрации Д. Трампа. Венгерский министр иностранных дел и внешней торговли Петер Сийярто отметил, что президент имеет право принимать такие решения во благо американского народа. Польша также выразила понимание по отношению к политике новоизбранного президента США.
Польша и страны Балтии внимательно следят за политикой Д. Трампа по отношению к России. Эстония и Латвия особенно обеспокоены этим вопросом: эти постсоветские страны опираются на поддержку НАТО, а также на присутствие военных сил США. Но Д. Трамп считает организацию устаревшей и не раз заявлял о намерениях выстраивать отношения с Кремлем.
В январе 2017 г. 17 высокопоставленных политиков преимущественно из Восточной Европы отправили Д. Трампу письмо, призывая его к продолжению санкций по отношению к России. По мнению японского автора, сделка между Россией и США станет кошмаром для Польши и некоторых других европейских стран, а также сможет стать еще одной внешней угрозой для ЕС в то время, как его страны страдают от своих внутренних проблем.
Среди процессов, касающихся постсоветских государств, наибольший интерес в Азии по-прежнему вызывает внешняя политика России и ее участие в актуальных международных процессах. Остальные страны постсоветского пространства нечасто упоминаются в новостной повестке азиатских государств, и чаще всего подобные упоминания также связаны с политикой России.