Мониторинги

Постсоветская Евразия: взгляд с Востока (02.10.2017 - 15.10.2017)

Постсоветская Евразия: взгляд с Востока (02.10.2017 - 15.10.2017)

Владимир Нежданов, магистр международных отношений

Начало октября в Китае ознаменовалось не только встречей Праздника Середины осени, но и рефлексией журналистов по итогам российско-китайских морских учений. Япония продолжила укрепление связей с Казахстаном в сфере энергетики, а также в рамках развития инфраструктурных проектов, в том числе китайской инициативы «Пояса и пути». КНР развивает сотрудничество с Украиной. Иран рассматривает экономический коридор Китая и Пакистана как ступень для развития взаимодействия в Большой Евразии. Вьетнам подводит итоги года существования зоны свободной торговли с ЕАЭС.

Морские учения России и КНР – будет ли альянс?
Колумнист газеты “South China Morning Post” Кери Хуан (Cary Huang) в рамках своего аналитического материала рассуждал на тему: «Почему же Россия и Китай маловероятно создадут долговременный стратегический альянс?» Автор отметил, что мысли на эту тему во многом были порождены военными учениями России и Китая, которые прошли между ВМФ двух стран в июле и сентябре 2017 года. Учения, прошедшие как в западной, так и в восточной части Евразии, породили новую волну дискуссии на тему формирования российско-китайского антизападного альянса.
Автор пишет, что Москва и Пекин часто разделяют общее видение ситуации в мировой политике, в частности, они неоднократно повторяли призывы к мирному решению «корейского вопроса». При этом для обеих стран в последнее время отношения с США стали намного напряженнее.
Можно сделать вывод, что развитие и повышение качества военного взаимодействия между Россией и Китаем становится логичным выходом, поскольку оно усложняет политику США по сохранению существующего status quo в мировом океане.
Однако приводя в пример эту мысль, автор указывает, что на деле развитие отношений России и Китая намного сложнее и запутаннее. Кери Хуан говорит, что в российско-китайских отношениях на современном этапе преобладает логика, присущая теории Realpolitik. Россия и Китай, таким образом, стремятся бросить вызов глобальному влиянию США и видят себя как дополнение друг другу. Они понимают, что являются наилучшими стратегическими союзниками, поскольку имеют дело с намного более сильным актором.
Вместе с тем несмотря на серьезную общую цель, Россия и Китай обладают довольно малым числом общих черт как в истории, так и в культуре, религии и традиционных ценностях. Исторически Санкт-Петербург и Москва позиционировали себя в качестве европейской силы, а империя Цин, её предшественницы и преемники, видели себя восточной цивилизацией. Между двумя странами постоянно происходили конфликты, начиная с 1680-х годов и заканчивая 1970-ми. В итоге между двумя странами существует лишь короткий период союзнических отношений в 1950-е годы, базисом которого была военная помощь и сочувствие СССР Коммунистической партии Китая. Вместе с тем отмечено, что даже сегодня проекты России и Китая могут конкурировать в Евразии.




Делая вывод, Кери Хуан говорит, что исторически Россия и Китай разделяли взаимное недоверие, обоюдное идеологическое давление. Существует представление, что Китай был жертвой политики царской России, а в ХХ веке страны не сошлись в гармонизации национальных интересов.
Автор констатирует, что две наиболее могущественные силы в Евразии в ближайшей перспективе маловероятно создадут долгосрочный альянс, подобный НАТО.

Развитие инициативы «Пояса и пути»: проекты Японии и возможности для Украины
В “Nikkei Asian Review” опубликована статья о развитии транспортных перевозок японской транспортной компанией «Nippon Express». Так, «Nippon Express» и казахстанская государственная железнодорожная компания договорились о начале перевозки грузов с восточного китайского побережья через Центральную Азию в Европу.
Отмечается, что Евразийское железнодорожное сообщение с большой вероятностью будет находиться под «зонтиком» китайской инициативы «Пояса и пути».
Издание сообщает, что «Nippon Express», вероятно, будет продвигать интересы японского бизнеса в рамках развития этого маршрута. Японская компания совместно с «Казахстан Темир Жолы» планирует начать перевозки по маршруту уже в 2018 году. Маршрут будет начинаться в Ляньюньгане в провинции Цзянсу. По маршруту планируют запустить регулярное транспортное сообщение.
Заметим, что выбор японской стороной компании и местности для реализации проекта не был случаен. На настоящий момент «Nippon Express» уже занимается перевозкой товаров в Европу через Центральную Азию, однако маршруты компании начинаются далеко от восточной береговой линии, где работает множество японских компаний.
Следовательно, создание такого маршрута позволит японцам контролировать железнодорожную перевозку грузов, пришедших морем из Японии и Южной Кореи.
Эксперты отмечают, что такой проект найдет спрос в первую очередь среди японских производителей и ретейлеров, торгующих с Европой. Отмечается спрос на перевозку со стороны автомобильных компаний, производителей одежды и продуктов питания.
Интерес к инициативе «Пояса и пути» был выражен также и со стороны Украины. «Жэньминь жибао» вышла с заголовком, что заместитель премьер-министра Украины высказался об инициативе «Пояса и пути» как о большой возможности для своей страны.
Статья рассказывает о прошедшем в Киеве «Торгово-финансовом форуме Шелковый путь». Было заявлено, что участие Украины в инициативе «Пояса и пути» приведёт страну к развитию торговли и позволит повысить транспортный потенциал страны. Отмечено, что в Евразии Украина обладает уникальным географическим преимуществом, что позволяет производить через ее территорию транзит как в Европу, так и в Африку. Украина планирует реализовать ряд инфраструктурных проектов, среди которых порты, зернохранилища и холодные хранилища. Главной целью участия в инициативе «Пояса и пути» названо развитие страны до уровня инновационной экономики, основанной на инвестициях, а также укрепление торговых связей с другими странами.
Сегодня Украина и КНР занимаются разработкой и совершенствованием «дорожной карты» в отношении действий по дальнейшей работе в рамках Инициативы.

Ядерная энергетика: новые лидеры?
«Жэньминь жибао» со ссылкой на корейские СМИ сообщает об укреплении позиций незападных стран в мировой ядерной энергетике. Авторы материала указывают, что в мире происходит сдвиг «ядерного центра» от США, Франции и Великобритании к России и Китаю. Указано, что Китай демонстрирует наиболее быстрое развитие, обладая 38 работающими и 19 строящимися АЭС.
В планах КНР построить и эксплуатировать около 100 АЭС к 2030 году. Китай также проводит политику экспорта технологий мирного атома для содействия большей энергетической безопасности дружественных стран.
Так, отмечены проекты Китая в Пакистане, достижение взаимопонимания по эксплуатации ядерной энергии с Кенией и Египтом, уже выиграны заказы на строительство АЭС в Румынии и Аргентине.
Заметим, что в этом ряду Россия также проявляет себя как ответственный игрок на рынке мирного атома. В статье отмечены кредиты России, которые были выданы Бангладеш, Беларуси и Словении на завершение своих атомных проектов.
При этом в целом в мире развитие ядерной энергетики сейчас в тупике. Так, в США действуют 99 станций, однако после аварии в 1979 году в стране практически не строят новых АЭС. В свою очередь, Франция после прихода к власти Э. Макрона планирует снизить долю атомной электроэнергии с 75% до 50%, что, по мнению авторов материала, говорит об ухудшении ситуации в отрасли.
Таким образом, авторы делают вывод, что в среднесрочной перспективе КНР и Россия могут стать новыми мировыми лидерами в атомной энергетике.

Китайско-пакистанский экономический коридор: возможно ли присоединение Ирана?
На сайте Института изучения Ирана и Евразии был опубликован материал Саадата Хассана, в котором Китайско-пакистанский экономический коридор рассматривается в качестве стратегического геоэкономического актива для развития Большой Евразии.
В своей статье автор приводит анализ взаимоотношений в четырехугольнике Иран, Пакистан, Индия, КНР. Так, автор обращает внимание, что Иран и Пакистан исторически обладают дружественными отношениями, которые были улучшены в последние годы. В частности, отмечено, что была проделана работа по гармонизации позиций по Афганистану, обе страны разделяют негативную позицию по деятельности ИГ (организация запрещена на территории России). При этом Пакистан исторически относится к тому региону, который можно характеризовать как индоцентричный. С точки зрения автора, Индия постоянно делает параллельные Пакистану шаги.
Стремясь изолировать соседа как в регионе, так и в мире, Индия увеличивает своё влияние в Афганистане и стремится к улучшению отношений с Ираном.
Однако одновременно Индия направляет протесты в Иран по поводу его отношений с Пакистаном, что в Тегеране встречают с абсолютным непониманием.
Автор приводит краткую статистику, доказывающую не только позитивный социальный фон для сближения Ирана и Пакистана, но и экономические, инфраструктурные и географические обоснования целесообразности их партнерства. Основным моментом здесь можно считать то, что Иран выходит как в Персидский и Оманский заливы, так и в Каспийское море, являясь единственной территорией, соединяющей Каспий и Индийский океан. При этом среди основных партнеров Ирана можно отметить КНР, Японию, Индию, Турцию, Южную Корею и ОАЭ.



Автор отмечает, что сегодня китайский инфраструктурный проект в порту Гвадар (Пакистан) представляет собой экономическую угрозу порту Чахбехар (Иран), однако Иран проявил желание участвовать в проектах в рамках Китайско-пакистанского экономического коридора, чтобы улучшить сообщение между странами для содействия торговле. Один из положительных факторов включения Ирана в проект заключается в затяжном строительстве-проектировании трубопровода Иран-Пакистан-Индия, который, по мнению автора, может быть переименован в трубопровод Иран-Пакистан-Китай (ранее Индия заявляла о желании отказаться от этого проекта в пользу более дешевого решения).
Заметим, что этот трубопровод может удовлетворить до 25% энергопотребления Пакистана, что создает ситуацию большей энергетической безопасности в регионе.
Вместе с тем отмечается возможность инфраструктурного соединения Пакистана, Ирана и Турции, что даст акторам не только хорошую базу для партнерских отношений, но и безопасный транспортный коридор. По словам автора, президент Ирана Рухани отмечал, что связи будут иметь не только экономическое, но и стратегическое значение.
Иран и Пакистан видят в КНР реальный противовес американской гегемонии в мире.
В итоге автор приходит к выводу, что основное экономическое развитие в регионе может происходить в прибрежной провинции Систан и Белуджистан. Развитие Большой Евразии, таким образом, пройдет через три основные этапа: (1) развитие торговли в треугольнике Иран-Пакистан-КНР; (2) появление экономически выгодного выхода в регион Персидского залива для России и Индии; (3) сопряжение проектов портов Гвадар и Чахбехар.

Зоне свободной торговали ЕАЭС-Вьетнам один год
Вьетнамская англоязычная газета «Viet Nam News» опубликовала материал о росте евразийско-вьетнамской торговли. Издание сообщает, что, по имеющейся статистике, за первые 10 месяцев существования зоны свободной торговли (ЗСТ) ЕАЭС-Вьетнам общий товарооборот увеличился на 32%, а экспорт из Вьетнама в страны ЕАЭС вырос на 28%. Издание подчеркивает сбалансированный рост торговли между сторонами, что указывает на принципы равенства и прозрачности между сторонами ЗСТ.
Директор Департамента европейского рынка Министерства индустрии и торговли Данг Хоанг Хай отметил, что соглашение с ЕАЭС значительно развило торговлю, инвестиционную активность, а также взаимодействие между экономическими и производственными сферами в рамках ЗСТ.




Посол Российской Федерации во Вьетнаме, Константин Внуков, отметил, что ЗСТ придала импульс для двустороннего развития экономики и торговли. Вместе с тем существующий опыт можно расценивать как еще один шаг на пути к экономическому партнерству между странами АСЕАН и ЕАЭС.
В статье обращается внимание на то, что отдельные рынки за время существования ЗСТ продемонстрировали беспрецедентный рост: так, рынок радионавигационного оборудования вырос более чем в 900 раз.
Уже предприняты меры по понижению тарифов для 43% вьетнамских товаров. В течение 10 лет планируется постоянный рост числа категорий товаров, разрешенных для беспошлинной торговли в ЗСТ, в планах довести эту планку до 90% товаров.
Посол Республики Беларусь В. Гошин также позитивно отметил работу ЗСТ. Товарооборот Беларуси и Вьетнама за восемь месяцев составил приблизительно 37 млн долл. США. Беларусь видит во Вьетнаме важного партнера для укрепления своих позиций в Юго-Восточной Азии. Прогресс в белорусско-вьетнамских отношениях символизирует новый автомобильный завод, который начнет работу уже к концу 2017 года. Минский автомобильный завод и провинция Хунг Ен договорились не только о развитии производства, но и о трансфере технологий.
Однако несмотря на значительный успех ЗСТ, отмечено, что по причине различий между странами и языковом барьере лишь 20-30% всех предприятий с обеих сторон получили выгоду от создания ЗСТ. Это означает, что еще остается огромный нетронутый пласт возможностей, однако для их реализации необходима учеба и детальное изучение партнеров по ЗСТ с обеих сторон.

Развитие инвестиционной политики в рамках инициативы «Пояса и пути» в 2017 году
На официальном портале инициативы «Пояса и пути» была опубликована статья о развитии инвестиционной политики в рамках Инициативы. В материале подчеркивается, что китайские предприятия все активнее «выходят вовне» и финансируют межгосударственные проекты.
Отмечено, что в первой половине года китайские инвестиции несколько замедлили свой рост, однако структура и качество инвестиционных проектов были значительно улучшены, увеличивается объем фондов стран Пояса и пути.
Замедление роста инвестиций КНР в рамках Пояса и пути связано с постоянным улучшением и оптимизацией мер по инвестиционному развитию. В статье отмечено, что несмотря на сокращение объема прямых иностранных инвестиций, Китай смог нарастить инвестиции в акционерный капитал стран Пояса и пути. Автор статьи указывает, что в последнее время увеличивается товарооборот стран Пояса и пути и КНР, не отстают и инвестиции. Так, за первое полугодие 2017 года предприятия КНР инвестировали в 47 стран Пояса и пути на общую сумму в 6,6 млрд долл. США, что показывает рост инвестиционной активности по сравнению с прошлым годом.

Казахстан: японские инвестиции и миграционные разногласия на китайской границе
“Nikkei Asia Review” сообщает, что японская «Toshiba» выкупит 10% акций «Westinghouse Electric» (принадлежит «Toshiba») на предприятии в Казахстане. Отметим, что выкупаемый актив находился в казахстанской государственной ядерной компании. Сделка проходит в рамках соглашений, позволяющих казахстанскому государственному предприятию продать долю японской компании. Сделка должна состояться 1 января 2018 г. В рамках своей глобальной стратегии развития «Toshiba» уже присутствовала в Казахстане, который обладает одними из крупнейших в мире запасов урана. Ещё в 2007 году «Toshiba» приобрела долю в урановом руднике в Казахстане. Япония предусматривала свое участие на каждом этапе развития проекта от получения топлива до строительства завода. Идея базировалась на расширении японского экспорта АЭС. Именно тогда впервые обсуждалась возможность продажи акций Westinghouse с «Казатомпромом». В итоге сегодня, когда Westinghouse столкнулся с потерями при строительстве АЭС, «Toshiba» напрямую вошла в казахстанскую атомную отрасль для сотрудничества.
На портале “Radio Free Asia” был опубликован репортаж о визовом скандале в Казахстане. По сообщениям репортеров, власти Казахстана готовят к депортации сотни этнических казахов из Китая (уроженцев Синьцзян-Уйгурского Автономного Района), которые имеют на руках действующий вид на жительство. Казахстанские власти заявили, что у более чем 250 этнических казахов из КНР данный документ был признан недействительным в связи со следственными мероприятиями в отношении лиц, выдавших документы. Все 250 виз были аннулированы. Была выявлена коррупционная схема, которая и послужила причиной готовящейся депортации. Как сообщает издание, все лица, готовящиеся к депортации, также предприняли попытку обращения к премьер-министру Казахстана с просьбой подтвердить их право на проживание в стране. Депортируемые испытывают страх перед возвращением в КНР, поскольку, по данным издания, в СУАР на данный момент именно казахи выбраны как основная цель для полиции и спецслужб, в особенности те казахи, у кого есть связи за рубежом.